Описание

За годы Гражданской войны население Петрограда, бывшей столицы империи, уменьшилось в пять раз. В городе царили чудовищный голод, холод, разруха. Порядок поддерживался исключительными мерами – расстрельные команды вершили правосудие. К середине 1922 года город чудесным образом начинает...

За годы Гражданской войны население Петрограда, бывшей столицы империи, уменьшилось в пять раз. В городе царили чудовищный голод, холод, разруха. Порядок поддерживался исключительными мерами – расстрельные команды вершили правосудие. К середине 1922 года город чудесным образом начинает выздоравливать: НЭП, частная торговля, омары в витринах бывшего Елисеевского магазина, пестрая толпа на Невском. Рост богатства сопровождался ростом преступности – сотрудники ЧК скорее могли посочувствовать грабителям, а не своим классовым врагам. В Петроградском ВЧК возникает план пополнения казны за счет... грабежей, которые должна осуществлять подконтрольная банда. Согласившийся на это «спецзадание» молодой сотрудник превращается в бандита Леньку Пантелеева. Ряд громких налетов делают его знаменитым. Во всех случаях обошлось без жертв, налеты были тщательно обдуманы и производились по наводке. Ленька пользовался немалым успехом среди горничных, домработниц, которые охотно рассказывали о том, где хранятся сокровища их хозяев. Ленька добычу делил, а свою долю тайно сдавал в ЧК... Его банда была не самой многочисленной и не была кровожадной, но вожак Ленька становится объектом для подражания. Город потрясают ежедневные грабежи. Население перестает верить в возможность наведения порядка и ЧК получает указание восстановить порядок и право расстреливать налетчиков и бандитов на месте преступления. Бывшее начальство Пантелеева, во избежание огласки, отдает приказ ликвидировать его, при этом уничтожаются все документы по его службе в ЧК. На Пантелеева «вешаются» чужие нераскрытые преступления и на него устраивается настоящая охота. Находчивому и обладающему даром перевоплощения Леньке удается ускользать из расставленных ловушек. Он может разобраться с подставившим его руководством ЧК, но как жить, став чужим для своих, не становясь своим для чужих? Или лучше сразу к стенке?